Главная страница "Первого сентября"Главная страница журнала "Классное руководство и воспитание школьников"Содержание №4/2007

Архив

Треп на «низкие» темы

Из которого тем не менее можно сделать некоторые выводы

* обратная связь

Записала на диктофон Мария ГАНЬКИНА


В школьной учительской:

– Лев Семеныч, имей совесть! Не выношу табачного дыма. Помню, в шестилетнем возрасте мы брали бумажки, набивали их в овраге сухими листьями и вроде как бы пытались что-то изобразить. А потом, когда мне было 9–10 лет, мы поехали к папиным родственникам. Там был мой старший двоюродный брат. Он курил. Я вытащила у него сигареты – и к отцу: «Пап, можно я попробую?» Он говорит: «Пробуй». Я попробовала. Такая гадость! «Папа, это всегда так?» Он говорит: «Всегда». И все. И больше в жизни я ни разу не закурила. И у меня не было ни малейшего желания. Не завидую тем, кто курит.
Но потом я намучилась в институте. У нас под курилки были выделены большие аудитории. Идешь мимо – клубы дыма. Только пройдешь, а от тебя пахнет.
– А у нас институт объявили некурящей зоной. И двоих за курение даже выгнали из института.
– Говоря о курении, я сразу, естественно, вспомнила про питье. Сестра моего мужа не пьет спиртного вообще. А как получилось? В возрасте пяти лет она пошла к соседке, а та делала вино (в Молдавии все делают свое вино). Девочка выпила пару ковшичков, и ей стало так плохо, что ее потом откачивали. И вот всю жизнь она больше капли не берет в рот.
– Мой папа дал как-то раз моему братцу закурить, с тем чтобы привить ему отвращение. Братец вырос и говорит отцу: это ты меня научил курить. Хотя сам папа уже двадцать лет как бросил.
– Мой сын просит попробовать вина. Отец еще думает, а я говорю прямо: ты еще несовершеннолетний. Вот будет 21 год, станешь мужчиной, тогда сам решай, пить или не пить. А пока я решаю: не пить.
– А я, если сыновья просят, даю, к ужасу жены (она у меня психолог), – кагор, разбавленный водой. И пиво иногда – понюхать. Ну зачем, чтоб в них эта жажда накапливалась! Запретный плод-то сладок.
– Когда наш Санек поехал на летние студенческие каникулы в Америку подработать, муж его предупредил: уважай законы чужой страны, там возраст совершеннолетия – христианский, 21 год, и пиво можно пить только в 21 год. А у них там вечеринка в офисе случилась, причем с подачи менеджеров. И только наш сынуля банку-то с пивом распечатал, так полиция и нагрянула. И давай паспорта у всех проверять на предмет, имеешь право пить или нет. А нашему обалдую – 20. Спасибо менеджерам: через черный ход вывели. На Саню, по-моему, этот случай неизгладимое впечатление произвел.
– Я не знаю, как у других, но я помню, что мои родители где-то лет с тринадцати на Новый год наливали мне маленькую рюмку шампанского. И помню, что до дна я ее выпить не могла. Я до сих пор к вину отношусь с вкусовой точки зрения. Мне главное – вкус, а не то, что следует потом.
– Но ведь лиха беда начало. А в компаниях начнут прикладываться? Не уследишь. А сами они не в силах с этим справиться.
– Помню, мы ездили с классом в Горенки. И там Женькина мама покупала пиво. И дети выстроились в очередь, чтобы попробовать.
Им дали каждому по ложке пива. Потом они разделились на группы – кому понравилось, а кому нет.
– В пятнадцать лет, когда отмечали мой день рождения, родители – уже официально – поставили на стол одну бутылку сухого вина. С тех пор этим все и заканчивается.
– Наши мальчики в это время уже квасили по-черному.
– В школе, где я работаю, детям не разрешают курить на крылечке. Курить можно только за школой или за гаражами. На территории школы курить нельзя нигде. Но курят – и в туалетах, и на лестнице.
А учителя курят в трех местах: в бухгалтерии, в учительской и в кабинете директора.
– А у моего сына в школе на родительском собрании одна богатенькая родительница возмущалась, что ее сына на улицу выгоняют курить. Он, мол, не может терпеть, а на улице мороз. Ее спрашивают: а он у вас что, прямо в квартире курит? Ну разумеется, нет, мы сами не курим! Но у вас же школа, где почти все старшеклассники курят, и ваш запрет – это нарушение их прав. Во как!

В студенческой столовке:

– Приходим мы как-то после Дня учителя в кабинет домоводства, а там – представляете? – все столы липкие. Я вот сама не догадалась, почему. Это Сонька сказала, что от шампан­ского. Вечером, оказывается, учителя в этом кабинете тусовались, столы протерли, а липкие разводы остались...
– В конце каждого учебного года у нас был турслет. И в год юбилея Пушкина тоже.
6 июня вечером учителя нас пораньше разогнали по палаткам, а сами сели у костра «отметить юбилей поэта». Отмечали неслабо. Прям как у Пушкина: «Выпьем, добрая подружка... где же кружка... сердцу станет веселей». Веселей явно стало.
Мы, конечно, не спали, выбирались потихоньку из палаток и вовсю из-за кустов подглядывали.
Расползались они под утро. Некоторые в прямо противоположном направлении. А наш математик на карачках долго пытался найти вход в свою палатку. Мы даже пари заключали, с какой попытки ему это удастся...
– У моего братца в школе есть одна математичка. Пожилая уже. Так Колян регулярно какую-нибудь ее фразочку домой притаскивает. В выражениях тетечка явно не стесняется. Вот например:
«Что это восьмерка у вас, Иванов, как дерьмо, в проруби плавает?»
«Пока вы, Петров, будете так решать, мы все здесь передохнем!»
«Сидоров, сбегайте за Нобелевской премией: так до вас еще никто не раскладывал сумму квадратов».
«Вот вижу это ваше, Курочкин, решение, и хочется встать и – головой об асфальт!»
«C вами, Панов, дерьмо пополам есть хорошо: вы все время вперед забегаете».
…Так вот, у Коляна она любимая училка. Почему-то многие ее любят и уважают, несмотря на то, что она жутко строгая и настырная. Колян чуть не каждый день что-то ей переписывает, темы досдает, неуды исправляет…
– У нас был физик Петр Иваныч – Петрун. Строгий, но объяснял классно. В общем, его все любили.
Курил он прямо на уроке. Откроет окно – и курит. Зимой холодрыга в классе была! И никто ничего. Решали себе задачи. Как будто так и надо.
Раз зашла на урок директриса (ее никто никогда с сигаретой не видел, хотя табаком от нее иногда попахивало), а Петрун у окошка курит. И ей: «Выйдите из класса, не мешайте». И она ему – ни слова! Хотя любого другого бы изничтожила.
Ему все с рук сходило: и мы ему все прощали, и начальство. Классный физик был!

TopList